Про исповедь

Вокруг исповеди ходит множество разговоров, но при близком рассмотрении с удивлением обнаруживаешь полное незнание базовых понятий среди собеседников. Данная заметка пишется как комментарий на ряд недавних разговоров, поэтому не претендует на полноту. Кроме того, для приходской листовки ц. Богоявления я делал выжимку из статьи православной энциклопедии "Исповедь", которая обязательна к прочтению. Данная заметка - это продолжение тех выпусков, некоторое подведение итогов, практическая часть. Если тексты будут найдены на харде, я их, конечно, размещу. А пока так, в виде кратких тезисов. Кроме статьи православной энциклопедии никаких ссылок не будет. Весь текст основан на изучении Писания, истории Церкви и личном опыте. Если угодно, это мое православное фэнтези на тему. Возможно, текст будет дописываться.

Покаяние и исповедь

У нас в Церкви есть Таинство Покаяния и нет никакого Таинства Исповеди. Исповедь - технический момент в составе Таинства Покаяния. Часто про это забывают, поэтому возникает путаница. Исповедь как форма менялась и будет меняться, в этом нет ничего страшного. При различных формах исповеди может подчеркиваться или затемняться суть покаяния. Но разделять эти вещи важно. Забегая вперед, скажу - покаяние начинается с исповеди, продолжается исповедью, и ей же заканчивается. Исповедь - это рассказ о своих грехах. Покаяние - это изменение себя, исправление.

Три покаяния

В православной аскетике разделяют три стадии греха: сначала человек грешит мыслью, потом говорит об этом (словом), потом совершает само действие. Если грех часто повторяется, то он превращается в злой навык. Покаяние протекает также. Сначала человек понимает, что поступает неправильно (покаяние мыслью), затем несет это на исповедь (покаяние словом). Как правило, на этом в нашей практике покаяние заканчивается. Хотя, по аналогии с грехом, требуется покаяние делом - бывает нужно что-то сделать, чтобы излечить совершенный грех. Ранее это называлось покаянной практикой, которая уступила место подробным исповедям. Это был печальный процесс в церковной истории, который в нашей русской Церкви завершился практически тотальным отсутствием первой и полным засильем второй. Без понимания сути подробной исповеди.

Грехи к смерти и не к смерти

В Писании и истории ранней Церкви различается двоякое понимание греха, отчего двояко понималось и покаяние. Первое - это грехи, которые убивают душу, так называемые "смертные", которые отсекают верующего от Тела Церкви. Их список был довольно краток: блуд, убийства, воровство, святотатство, волшба, ересь. Обычно, если верующий впадал в такой грех, его отлучали от евхаристического общества. В этом была своя логика - такой грех мог расти в человеке долгое время при том, что он продолжал причащаться. Чтобы верный не стал новым Иудой (который причащался Христу), его отторгали от Церкви обратно в область язычников (кающихся/оглашенных). Тем самым у него оставался шанс вернуться обратно в Церковь через второе крещение - покаяние, а именно так оно и воспринималось. Здесь следует сделать вывод о спасении грешников вне Церкви, но об это будет рассказано в параграфе про епитимию.

Другой вид греха рассматривался как неизбежная нечистота жизни, которая омрачала, но не лишала верных "царского священства". Параллель с болезнью помогает понять различие: любая болезнь в запущенном состоянии может убить человека. Но при этом есть понятное разделение на смертельные и несмертельные заболевания. Кроме того, различные смертельные заболевания требуют изоляции больного, чтобы локализовать очаг заражения и не дать распространиться эпидемии. Вместе с тем есть ряд неприятных, но относительно безопасных болячек: ушибы, вывихи, простуда, аллергия. Напоминаю, каждая такая болезнь может привести к непоправимым последствиям, если не прибегать к специализированной помощи. А могут пройти сами, с течением времени.

Также и с грехом. Смертные грехи приводили к "карантину" грешника (отлучение) с усиленной молитвой о нем. "Карантин" вместе с тем не давал распространиться греху по всей Церкви. "Простые" же грехи "лечились" на месте. Именно это и породило два покаяния: смертные грехи осуждались Церковью, согрешающий брат отлучался от общины, и позже принимался епископом через публичное покаяние перед общиной же. Потому что грех совершался не просто против себя, но и против общины. Так называемые "ежедневные" грехи не требовали особого вмешательства епископа, а вполне решались между собой. Здесь требуется пояснить. Порождаемые совместным жительством раздражения, обиды, ссоры - все это грехи между людьми. Если верующие прощали друг друга и приходили на евхаристию в союзе мира, никаких специальных отпущений от епископа не требовалось. В этом заключается существенное отличие от современной практики, когда священнику на исповедь часто приносят всяческие "осуждения ближнего", при этом не заботясь примириться с этим самым ближним.

Исповедь сакраментальная и монашеская

Собственно, первоначально Церковь знала грех против Церкви, за которую верный отлучился от общения. Принятие обратно осуществлялось также Церковью, от лица и перед которой епископ молился за кающегося. Это и была таинственное покаяние, которое удостоверял епископ - глава общины. Постепенная делегация "разрешительных" полномочий от епископа к священнику происходила с естественным ростом Церкви.

Сильно позже, уже когда монашество совсем оформилось, из монашеской практики стала проникать в мир традиция откровения помыслов. Ученик периодически открывал своему учителю не только свои поступки, но и мысли. Причем, учитель совсем не обязательно был священником. Если грех был серьезным, то ученик отправлялся к епископу за разрешением. Современная исповедь является своеобразным миксом сакраментальной и монашеской исповеди - исповедующийся максимально подробно рассказывает свою жизнь, мысли, дела, после чего священник читает молитву, по тексту которой происходит воссоединение исповедующегося с Церковью. На лицо сильное смешение понятий, вводящее в заблуждение как исповедующихся, так и исповедующих. Тут следует выделить несколько пунктов:

  • главной особенностью монашеской исповеди ошибочно считают подробность. На самом деле первое место занимало наставничество между учителем и учеником. Если нет отношений учитель/ученик (а это редкость в наших приходах), ничего связанного с монашеской исповедью нет.
  • отпущение грехов епископом связывалось с предыдущим отлучением от Церкви. Если не было отлучения, то говорить о воссоединении странно. Тем более странно выглядит "воссоединение" еженедельно кающегося верного, которого Церковь никогда не отлучала.
  • исповедь между членами общины, как и монашеская община, явили нам интересный прецедент, который совершенно игнорируется современной практикой - можно исповедовать некоторые грехи не священнику. И такое исповедание вполне принимается Церковью. Речь идет о грехе против конкретного ближнего и  исповедании этого греха ближнему в процессе примирения.

Покаянная практика и епитимия

Долгое время в Церкви осознавалась необходимость деятельного исправления себя после греха. После исповеди кающемуся давалось упражнение, которое должно было помочь в борьбе с грехом (это сравнительно с курсом лечения, которое назначает лечащий врач). Как уже говорилось, со временем покаянная практика была вытеснена идеей необходимости максимально подробной исповеди. Сейчас покаянная практика только начинает возрождаться, при этом местами - с перегибами. Самая важная часть - это видеть в покаянной практике научение, упражнение, вспоможение, а не наказание за проступок.

Другое название покаянной практики - епитимия, хотя понятие епитимии шире. Помимо всего, наложение епитимии могло предполагать отлучение от евхаристической общины. И здесь есть очень интересный и важный момент в православном учении о спасении. Церковь, отлучая верного от общения, вручала его Богу. Кающийся мог до самой смерти оставаться без евхаристии, без церковного общения, но при этом он не обрекался автоматически на вечные посмертные муки. Церковь предполагала, что и его спасение возможно.

Это вступает в противоречие с несколькими устоявшимися взглядами. Во-первых, только крещенный может спастись, а значит для спасения детей их нужно (и вполне достаточно) покрестить. Если бы это было так, то Церковь не отторгала бы от себя тяжко согрешающих, либо вместе с отторжением отвергала их спасение. Во-вторых, исчезает исключительность ходящих в церковь - спасение человека зависит, прежде всего, от Бога и Его произволения. Если человек по какой-то причине перестал ходить в храм, мы не можем с уверенностью сказать, что он не наследует спасения.

Тайная и публичная исповедь

Все учебники говорят, что первоначально исповедь была строго публичной, так как грех человека совершался не только против него самого, но и против Церкви. Как считают отдельные исследователи, тайная исповедь имела место всегда, но совершалась эпизодически. Позже она стала преобладать по двум причинам: чтобы не вызывать большего греха; чтобы не соблазнять общину. Например, муж имел право убить жену за измену. Если измена имела место (как и покаяние жены), епископ снисходил к немощи женщины и принимал ее покаяние тайно от всех, чтобы не случилось убийства.

Постепенно публичная (церковная) исповедь совершенно ушла, уступив место тайной. Следует отметить, что публичная исповедь носила характер именно церковного покаяния. То есть, совершаемого перед Церковью.

Практика 1. Суть исповеди.

Исповедание грехов - это необходимая часть покаяния. Во-первых, священник с кающимся образует малую церковь, что сохраняет некоторую "церковность" действия. Во-вторых, анализ своей жизни также полезен. В-третьих, хоть священник является лишь свидетелем покаяния, приносимого Богу (по тексту требника), вместе с тем идет сравнение с больницей (там же в требнике), что делает из священника "врача души". В очередной раз рассказать симптомы лишним не будет - батюшка может отследить, "прогрессирует" ли грех. Возможно, даже поставит диагноз и пропишет "лечение". В-четвертых, после исповеди вполне уместно получить совет, как бороться с грехом, и далее следовать этому совету (покаяние делом).

Практика 2. Одни и те же грехи.

Часто бывает, что с годами список исповедуемых грехов не меняется. В какой-то степени это нормально - есть неизбежные бытовые ситуации, из которых не удается выйти сухим из воды. Другая сторона - есть такие страсти, которые живу в нас всю жизнь, и освобождение от которых Господь почему-то нам не дает. Именно это я вижу в рассказе ап. Павла про ангела сатанина, который жалил его плоть. Мое мнение - это особый промысел Божий, который определяет нашу сущность. Либо мы находим страсти уютное место в нашей жизни, либо мы загоняем ее по возможности в самый дальний угол, терпим ее присутствие, гоняя санными тряпками при малейших признаках активности. Это не легко, но такое допустимо. Третья сторона вопроса - это отсутствие духовного роста. У людей разная крепость телесного и духовного здоровья, мы по-разному переносим болезни. Кто-то долго и с последствиями, а кто-то легко и быстро. Так вот, есть время борьбы с самыми актуальными и видными страстями, а есть время, когда бороться особо не с чем. Да, и такое бывает. И вот тут есть выбор можно пытаться "нацарапать" что-нибудь для очередной исповеди, или можно набраться мужества и послужить Церкви своим духовным здоровьем. Как показывает практика, во время служения человеку открываются новые неизвестные грани, которые потом требуют продолжительной работы над собой с частыми исповедями.

Практика 3. Пособия

Существуют некоторые книжицы, помогающие подготовиться к исповеди. Это "опыт построения исповеди" архим. Иоанна Крестьянкина и "В помощь кающемуся" свт. Игнатия Брянчанинова. Лично мое мнение к подобной литературе - крайне отрицательное. Дело в том, что человек без медицинского образования получает в руки медицинскую энциклопедию и по ней пытается поставить себе диагноз. Самое лучшее пособие - это научение христианской жизни, которая определяет актуальные проблемы. Если человек займется решением актуальных проблем (не "рассеянная молитва", а "постоянное раздражение на родственников"), то это принесет больше пользы. Постепенное возрастание (которое приходит через научение и преодоление грубых грехов) открывает все новые стороны жизни, актуализирует более тонкие материи. В общем, только Писание, отцы и руководство священника.

Практика 4. Грехи уменьшаются

И такое бывает. Не всем Господь попускает оставаться во всех мыслимых грехах всю жизнь. Тут надо учитывать, что пути у всех разные, и веданы они лишь Господу. Я стесняюсь бежать с обличениями в невнимательной жизни к незнакомому человеку. Возможно, сейчас ему Господь дал передышку.

Предыдущая запись

Святой дня: 6 ноября

Следующая запись

Про литургию без причащения

Добавить комментарий

Вам необходимо авторизоваться чтобы добавить комментарий.

Войти через:

Разработка ДКПротек & Дизайн Anders Norén

Здравствуйте, меня зовут Вячеслав Нефедов, я священник Русской Православной Церкви. Это мой блог, где я сохраняю для себя, а также делюсь с друзьями интересной на мой взгляд информацией.

Мой сайт не является СМИ, поэтому все оригинальные тексты, фото и видео являются моей личной собственностью. Пользоваться можно свободно, но я оставляю за собой право потребовать удаления моего контента с ваших ресурсов без объяснения причин.

Гость, помни! Мое мнение является частным, поэтому не может выражать полноту учения Церкви. Если я в чем-то ошибаюсь - можно мне сообщить в комментариях.

Я все понял, я остаюсь Мне не интересно, я ухожу